ВТОРАЯ КАРТИНА

Рудиментарная комната для занятий.

Сцена первая

БОРИС – АНТОН – ИГОРЬ – ПАВЕЛ – ВЕЛОКЯН

БОРИС

Всегда одно и то же!

ПАВЕЛ

Сначала еженедельно, потом два раза в неделю, а теперь почти каждый день!

ИГОРЬ

Это становится невыносимым.

ВЕЛОКЯН

Почему вы думаете, что вас отправят провести два года в армии?

АНТОН

Чтобы служить стране.

ВЕЛОКЯН

И как вы утверждаете, что служите своей нации, если не понимаете советской мысли?

ИГОРЬ

Начинаем знакомиться с советской мыслью! Скоро мы сможем читать вам произведения Маркса и Ленина наизусть.

ВЕЛОКЯН

Вы никогда не узнаете достаточно. «Государство и революция» должна быть вашей прикроватной книгой, вашей Библией. Ну! Кстати, куда все-таки делся Моисеев?

БОРИС

Возможно, он забыл встать.

ИГОРЬ

Неудивительно, что он провел ночь.

ПАВЕЛ

Серная ночь!

АНТОН

Ночь данте!

БОРИС

Везувио-стромболийская ночь!

ИГОРЬ

И какова тема этой марксо-ленинско-троцко-

сталино-хрущево-косигино-брежневской конференции?

ВЕЛОКЯН

«Публичность-вершина американского капитализма», она должна была начаться уже двадцать минут. Что делает этот несчастный майор Леонов? Офицеры должны были показать труппе хороший пример.

ИГОРЬ

Он ждет Моисеева.

ВЕЛОКЯН

Этот еще две недели отсидит в темнице, не украдет.

ПАВЕЛ

Вот он и пришел.

ВЕЛОКЯН

Леонов?

ИГОРЬ

Но нет! Моисеев.

(Входит Ваня)

Сцена II

БОРИС – АНТОН – ИГОРЬ – ПАВЕЛ – ВЕЛОКЯН – ВАНЯ

ВЕЛОКЯН

Так что? Рядовой Моисеев? Вас никогда не учили пунктуальности? Где вы еще были?

ПАВЕЛ

Он лежал в постели.

БОРИС

Да нет же! Он не было в постели. Он встал, как и мы. После душа он ушел в себя, и мы больше его не видели.

ВЕЛОКЯН

Но где же вы тогда были? Сталиного Сталин!

ВАНЯ

Я бесконечно смущен, сержант. У меня нет оправданий. Я просто забыла о времени. Я даже пропустил завтрак. Когда мы находимся в присутствии Бога, мы забываем о ходе времени.

ВЕЛОКЯН

Вы действительно любите неприятности! Хорошо! Это мы увидим позже. Сидите с товарищами и ждите, как все.

АНТОН

Чего мы ждем?

БОРИС

Нет смысла быть вовремя.

ВЕЛОКЯН

Тишина! Заткнись.

АНТОН

Этот Леонов, который до сих пор не приходит!

БОРИС

И Иван, рассказывающий нам, что он был в присутствии Божьем! Он был в преданности! Ты и впрямь прекрасный лицемер.

ВАНЯ

Почему это?

БОРИС

И куда же ты пропал этой ночью?

ВАНЯ

Этой ночью? Как вы смеете! B моей постели.

БОРИС

В твоей постели? Ты нас за груши принимаешь, где тебе плевать на наши?

ВАНЯ

Мне даже приснился чудесный сон. Увы, все прекрасные мечты заканчиваются разочарованием. И мы приземляемся без парашюта на пол.

БОРИС

Но, конечно! Большую часть ночи в твоей кутузке никого не было. Возможно, ты был спрятан под ним.

ИГОРЬ

Не говори нам, что ты отправился проповедовать в город, как это принято у тебя, как только у тебя будет свободный час. В час, когда ты вышел, все проповедники легли спать.

ВАНЯ

Правда, не понимаю.

БОРИС

Ты не более христианин, чем мы.

ИГОРЬ

Ты пошел к девушкам.

ВАНЯ

Я не вышел.

БОРИС

Сержант Велокян как раз дежурил этой ночью. Он, наверное, удивился твоему местонахождению. Если только он не спал.

ВЕЛОКЯН

Я никогда не сплю, когда дежурю, и свеж, как хорошее пиво, по утрам посещаю политический курс. Если бы кто-нибудь вздумал войти или выйти, будь то через дверь, через окно, через камин или через водосточные трубы, я бы его перехватил. Никто не входил, никто не выходил. Ни Моисеев, ни кто-либо другой.

БОРИС

Вы уверены в этом?

ВЕЛОКЯН

Вы действительно принимаете меня за кувшин? Четыре дня!

БОРИС

Но это несправедливо!

ИВАН

Я понял! Мне показалось, что я путешествую во сне. Но я действительно отправился в путешествие. Ни на корабле, ни на самолете, ни даже на спутнике. Это было намного быстрее, чем это.

ИГОРЬ

Ты уехал в Америку, к своему приятелю Билли Грэму?

ВАНЯ

Гораздо дальше, чем Америка.

ВЕЛОКЯН

И Леонова, который не бывает!

ИГОРЬ

Он больше не придет.

АНТОН

Так что, поехали.

ВЕЛОКЯН

Не вопрос! Мы должны остаться здесь для инструктажа. Все-таки у нас нет учителя, чтобы обучать нас.

БОРИС

В этом случае мы могли бы обучать друг друга.

ПАВЕЛ

Давайте выберем тему.

БОРИС

Влияние капитализма на буржуазное поведение.

ПАВЕЛ

О! Нет ! Хватит! Нам каждый день об этом говорят, о капитализме.

ИГОРЬ

Влияние марксизма на Пролетарский класс.

ПАВЕЛ

Вот так же! Мы едим их во всех блюдах: борщ с Марксом, жаркое по-ленински под соусом Троцкого, пирог по-сталински, а в твоем кофе-один-два кусочка Брежнева.

ИГОРЬ

Так что? Кто предлагает оригинальную тему?

АНТОН

Бог коммунистов и Бог Ваня.

ВЕЛОКЯН

Это хорошая тема!

ИГОРЬ

И во-первых, кто Бог коммунистов?

БОРИС

Сталин, разумеется. Он достоин похвалы, ему обращаются с молитвами, ему поют гимны :

Мы получаем наше Солнце от Сталина,

Mы получаем нашу счастливую жизнь от Сталина...

О мудрый учитель! Гений гениев!

Солнце рабочих, Солнце крестьян, Солнце мира!

ИГОРЬ

Это правда. Ему даже присылают ругательства.

АНТОН

Да, когда сержант сердится : «Сталиного Сталин!»

ВЕЛОКЯН

Хватит глупостей! Стал... Хм! А кто такой Бог Ваня?

ВАНЯ

Он не просто дал солнце, он создал его. Как и остальная Вселенная. Сталин мертв, Господь жив.

ПАВЕЛ

Расскажи нам о своем ночном бегстве. Твоя прогулка между галактиками.

ВАНЯ

Костры были потушены, солдаты спали, я спал, все спали. Слышу голос, зовущий меня: «Иван». Я оборачиваюсь в своей постели. Я засыпаю. Голос снова зовет меня: «Иван, вставай.» Тогда я просыпаюсь совсем. Какое изумление! Он стоял передо мной. Ангел. «Одевайся, - сказал он мне, - мы уходим.»

ПАВЕЛ

Ангел? Ты уверен, что это был не сержант?

ВАНЯ

Это был не сержант. Он был красив, очень красив.

ВЕЛОКЯН

Спасибо за меня.

АНТОН

Каков был размах его крыльев?

ВАНЯ

У него их не было.

ВЕЛОКЯН

Так откуда ты знаешь, что это был ангел, кроме того, что он был красивее меня?

ВАНЯ

Он не имел человеческого облика, он был кристально чист, как алмаз, чист, как хрусталь.

ИГОРЬ

Ты мог бы писать фантастические сказки. А потом?

ВАНЯ

Потом. Тяжесть внезапно исчезла. Наши ноги оторвались от Земли. Потолок каморки и крыша казармы раскрылись. Мы летели на неизвестную планету.

БОРИС

Так вот! Ты проповедуешь нам неумелость. Все знают, что в космосе нет воздуха.

ВАНЯ

Я тоже это знаю, но все же я дышал.

БОРИС

Хватит врать, Гагарин. Если бросить футбольный мяч в космос, он взорвется.

ВАНЯ

Это верно, но со мной ничего не случилось.

БОРИС

Потом?

ВАНЯ

На этой планете я видел удивительные фигуры, летящие нам навстречу: апостола Иоанна, пророка Иеремии, пророка Даниила. Я видел также Моисея и Иисуса Навина. Тогда ангел дал мне издалека увидеть огни небесного города. О! Мои дорогие товарищи. Если бы вы знали, какой сияющий город отведен для избранных! Если бы вы только согласились поверить! Я знаю, что через несколько дней я смогу наконец проникнуть в этот чудесный город, который я только что видел, и принцем которого является Христос!

БОРИС

Ты описал нам достаточно. Ты просветленный, как Тереза из Лизье.

ИГОРЬ

Бога нет. Попы и митрополиты-манипуляторы.

ПАВЕЛ

Но все-таки. Вселенная откуда-то взялась. Даже Вольтер, философ-атеист, не понимал, что часы могли быть спроектированы без часовщика.

АНТОН

Но, конечно! Часовщик-это материя. Материя возникла из небытия и случайности. Она начала создавать живые клетки, которые по невероятной случайности размножались на протяжении миллиардов лет, пока не появилось разумное человечество.

ВАНЯ

Разве ты не слышал об этом сказочном событии, случившемся в Москве?

АНТОН

В Москве каждый день происходит сказочное событие.

ВАНЯ

Да, но этот заслуживает нашего внимания. На прошлой неделе в типографии произошел взрыв.

АНТОН

В Москве всегда что-то взрывается.

ВАНЯ

Конечно. Но когда это типография взрывается, шрифт, весла и бутылки с чернилами летят во все стороны. Так вот, на этот раз все эти дела, по замечательной случайности, произвели полные сочинения Толстого, в восемнадцати томах, все исписанные страницами и без опечаткти. Оставалось только связать.

АНТОН

Печатник нашел там свой счет.

БОРИС

Такая история невозможна!

АНТОН

Ты нам про биллев рассказываешь

ВАНЯ

Ты не читаешь Правду?

БОРИС

А я в это не верю.

ВАНЯ

Ты прав, что не веришь в это. Это неправда.

БОРИС

Но тогда зачем ты нам это говоришь?

ВАНЯ

Вы достаточно умны, чтобы не верить этой неправдоподобной истории, и у вас достаточно мало проницательности, чтобы поверить, что вселенная, бесконечно более сложная, чем наука Толстого, сама собой создана случайно.

ИГОРЬ

А эту ты нам скопируешь!

ВЕЛОКЯН

Ты утверждаешь, что твой Бог всемогущ. Значит, он сильнее нашего начальника, капитана Платонова.

ВАНЯ

Это очевидно!

ВЕЛОКЯН

Так что слушай меня внимательно. Мне обязательно нужно разрешение на этой неделе, чтобы вернуться домой, в Ереван. Это по какой-то частной причине, но она мне совершенно необходима, и этот осел Платонов совершенно отказывается меня понимать, и в то же время тоже отказывается отпустить меня. Если твой Бог сумеет запрячь этого мула и заставить меня получить это разрешение, обещаю тебе, я поверю в него. Я стану христианином.

ВАНЯ (в сторону)

Боже мой! Какая ловушка!

ГЛАС БОЖИЙ

Скажи ему, что я могу это сделать.

ВАНЯ (в сторону)

О! Аллилуйя!

(К Велокяну)

Ну, да. Нет ничего невозможного для Бога. Ты получишь разрешение.

ВЕЛОКЯН

Я бросил вызов твоему Богу. Ему лучше ответить.

ВАНЯ

Только есть одно маленькое условие.

ВЕЛОКЯН

Какое?

ВАНЯ

Погаси сигарету.

ВЕЛОКЯН

Вот так.

ВАНЯ

Потом возьми свой пакет и уничтожь его. Увидишь, только дышать станет лучше.

ВЕЛОКЯН

Думаешь? Хорошо!

(Сжигает свою пачку сигарет).

И это все?

ВАНЯ

Вот и все.

(Входит Платонов).

Сцена III

БОРИС – АНТОН – ИГОРЬ – ПАВЕЛ – ВЕЛОКЯН – ВАНЯ –ПЛАТОНОВ

ПЛАТОНОВ

Сержант Велокян!

ВЕЛОКЯН

Настоящий!

ПЛАТОНОВ

Ну, что вы, мерзавец! Вы никогда не говорили мне, что являетесь близким другом генерала Гаролавского.

ВЕЛОКЯН

Генерала Гаролавского? Я? Первая новость! У меня нет такой чести. Я его никогда не видел и не знаю.

ПЛАТОНОВ

Во всяком случае, генерал вас хорошо знает. Он только что позвонил мне из Одессы и попросил прислать вам разрешение.

ВЕЛОКЯН

Это сон! Я не верю в это! Спасибо, капитан.

ПАВЕЛ

Хм…

ВЕЛОКЯН

И спасибо Ваня.

ВАНЯ

И спасибо Тебе, Господи. В первую очередь. И не забывай о своем обещании.

ПЛАТОНОВ

А ну-ка убирайся отсюда, Велокян. Вы уже должны быть в поезде.

ВЕЛОКЯН

Сталиного Сталин!

(Выходит).

Сцена IV

БОРИС – АНТОН – ИГОРЬ – ПАВЕЛ –  ВАНЯ –ПЛАТОНОВ

ПЛАТОНОВ

Скажите мне: как прошел ваш курс политической подготовки?

ИГОРЬ

Довольно тихо.

ПЛАТОНОВ

Тихо?

БОРИС

Ваш командир не появлялся.

ПЛАТОНОВ

Так что же вы сделали?

АНТОН

Мы сами учились.

ПАВЕЛ

Мы говорили о религии.

ПЛАТОНОВ

Надеюсь, этот пророк несчастий не повлиял на вас.

ПАВЕЛ

Все, что он нам рассказал, сбылось. Возможно, он пророк счастья.

БОРИС

Он путешествует в космосе с ангелами.

ИГОРЬ

Он слышит голос Бога, говорящий с ним.

ПАВЕЛ

Наверное, он умер от холода. И держит спортивную форму.

ИГОРЬ

Мне бы хотелось узнать его тайну.

АНТОН

Во всяком случае, никогда больше я не посмеюсь над его верой.

ПЛАТОНОВ

Что это за дела? Вы еще молодец, Моисеев!

ПАВЕЛ

Это не его вина. Это мы его спровоцировали.

ПЛАТОНОВ

Обо всем этом мы поговорим позже. А пока идите работать. Что касается вас, Моисеев, то ожидайте еще на бивуаке несколько ночей без бивуака.

ВАНЯ

Сейчас весна, я не против.

ПЛАТОНОВ

Да, хорошо, хорошо!

(Солдаты выходят, остается Платонов).

Сцена V

ПЛАТОНОВ – МАЛЬЦИН

ПЛАТОНОВ

Посылают этих ребят, чтобы сделать их героями! Мы должны воспитывать их, перевоспитывать и прививать им мысль о Ленине, и вот они втянуты в ребяческие рассказы о чудесах и пророчествах! Он будет гордиться нами, генерал! А я попрощаюсь со своим четвертым галуном. Если только этот Моисеев не сделает меня красавцем, чудом.

(Входит Мальцин).

МАЛЬЦИН

Капитан Платонов! Я только что слышал по телефону генерала Гаролавского. Он в ярости. Что еще за дело до разрешения сержанта Велокяна?

ПЛАТОНОВ

Но мой полковник! Я лишь подчинился его приказу.

МАЛЬЦИН

И вы не находите это любопытным?

ПЛАТОНОВ

Что у Велокяна есть друзья в штабе? Очевидно, меня это удивляет. Тем более что сам он, похоже, об этом не знал.

МАЛЬЦИН

Генерал никогда не отдавал такого приказа. И ему совсем не нравится, что мы используем его имя без его ведома. Позовите Велокяна. Его разрешение приостановлено.

ПЛАТОНОВ

Он уже далеко.

МАЛЬЦИН

Вы можете попрощаться со своим четвертым галуном, это я вам говорю, разве что чудом. Кстати, позовите ко мне Моисеева.

ПЛАТОНОВ

Слушаюсь, полковник.

(Вытаскивает Платонова).

Сцена VI

МАЛЬЦИН

Это еще один удар этого Моисеева! Что он еще выдумал? Я хотел бы быть с Брежневым так же хорошо, как он с его добрым богом. Он снова сделал заклинание, и его Бог сказал два слова генералу, который принял за Жанну д'Арк, и внезапно пришел в себя. Вот мы и чисты! Что я ему, Гаролавскому, скажу? Платонов будет повышен до младшего лейтенанта, а я-до капитана. Так больше не может продолжаться. Придется расправиться. Ах! Вот наш святой с его ореолом.

(Входят Платонов и Ваня).

Сцена VII

МАЛЬЦИН – ПЛАТОНОВ – ВАНЯ

МАЛЬЦИН

Рядовой Моисеев! Вы позор этого полка! Вы позор Красной Армии! Вы позор Советского Союза!

ВАНЯ

Полковник, чем я нарушил свой солдатский долг?

МАЛЬЦИН

Никакой наглости! И расскажите мне о разрешении Велокяна. Вы, конечно, в деле!

ВАНЯ

Но, полковник, я ни в чем не был соучастником в этом деле.

МАЛЬЦИН

Не пытайтесь свалить вину на дьявола или доброго Бога.

ВАНЯ

У меня нет другого объяснения. Сержант Велокян сказал мне так: «Если твой Бог так силен, как ты утверждаешь, может ли он дать мне разрешение?» Первым задал я вопрос отцу.

МАЛЬЦИН

Потому что ваша семья в этой махинации?

ПЛАТОНОВ

Его Небесный Отец.

МАЛЬЦИН

Mолодец. Продолжите.

ВАНЯ

Ответы Небесного Отца часто бывают быстрее, чем циркуляры Генерального штаба. Поэтому я ответил утвердительно. Едва я закончил говорить, как из Одессы позвонил капитан Платонов. А сержант уходил в отпуск.

МАЛЬЦИН

Кто звонил из Одессы?

ПЛАТОНОВ

Генерал Гаролавский.

МАЛЬЦИН

Не принимайте меня за идиота, Платонов. Генерал так и не позвонил вам, не говоря уже о том, чтобы предложить на блюде разрешение этому дураку. Так кто вам звонил?

ПЛАТОНОВ

Я не знаю.

МАЛЬЦИН

Это обман!

ПЛАТОНОВ

Я не знаю.

МАЛЬЦИН

А вы бежали, как синева!

ПЛАТОНОВ

Я не знаю.

МАЛЬЦИН

Вы недалеко от военного суда.

ПЛАТОНОВ

Я в замешательстве.

МАЛЬЦИН

Если только это не подписано небесным. Отец Моисеев.

ПЛАТОНОВ

Я не знаю.

МАЛЬЦИН

Ну! Отвечайте, Моисеев! Я обращаюсь к вам.

ВАНЯ

При всем уважении, полковник, мне кажется, что это возможно.

МАЛЬЦИН

Это кажется вам возможным! Все возможно тому, кто верит. Это то, что вы говорите каждый день. Бог с вами говорит! Проговорил Платонов, подделывая голос генерала. Ваш Бог-смешной шутник.

ВАНЯ

Мой полковник, когда вы услышите его голос, не ожесточайте свое сердце.

МАЛЬЦИН

Остановитесь, Моисеев! Я устал слушать, как вы проповедуете. Мы знаем, что вы делаете, когда вам дают свободный время. Вместо того, чтобы напиваться водкой с товарищами или веселиться с девушками, вы отправляетесь в город в подземную церковь-незарегистрированную общину, и там поете гимны, читаете Ветхий и Новый Заветы, там молитесь, там хвалите, там проповедуете.

ВАНЯ

Я получаю от этого гораздо больше удовольствия, чем могли бы дать мне девушки и водка, господин полковник.

МАЛЬЦИН

Ну! Это удовольствие вам запрещено. И мы позаботимся об этом. Мы не потерпим никаких отклонений. Кроме того, я узнал очень серьезные вещи: вы проповедуете людям, которые приходят в вашу секту из вкуса риска или из любопытства, и вы убедили некоторых из них отказаться от коммунизма, чтобы стать христианами.

ВАНЯ

«Провозглашай слово, настаивай, благоприятен случай или нет, убеждай, упрекай, поощряй своим учением, с неутомимым терпением.» Так говорит Поль Тарсого, мой учитель в этом вопросе. Он также говорит: «Горе мне, если я не возвещу Благую Весть!»

МАЛЬЦИН

Горе вам, если вы принесете мне новости!

ПЛАТОНОВ

Говорят, он путешествует по космосу на спине ангела, без скафандра.

МАЛЬЦИН

Bздоры, чушь, каламбреды и биллевезы! Слушайте меня внимательно, Моисеев! Мы больше не можем терпеть ваши отклонения. Теперь мы расправимся. Наша главная забота заключается в том, что мы применили к вам все возможные стратегии. Сначала мы поручили вашим товарищам по палате перевоспитать вас, в случае необходимости, кулаками. Мало того, что они упустили свою миссию, так еще и вы более или менее сумели им внушить. Мы использовали психологические средства: без передышки вызывали вас на допросы и допросы. Впустую. Вы измучили нас. Вы подверглись телесным наказаниям. Вы испытывали давление воздуха, давление воды, жару летом, мороз зимой. Вы сопротивляетесь всему этому, но вы пуленепробиваемы.

ПЛАТОНОВ

Кто знает! Он нерушим.

МАЛЬЦИН

Нерушим! Римская империя считала себя нерушимой. Царская империя тоже.

ПЛАТОНОВ

И все же, мой полковник. Если бы армия имела таких людей, как он, выдерживающих все моральные и физические страдания, она могла бы выиграть много войн.

МАЛЬЦИН

Если все религиозные диссиденты похожи на него, Ватикан скоро вложит Кремль.

ПЛАТОНОВ

Москва, Вечный город!

МАЛЬЦИН

Подойдите ближе, Моисеев, я немного пощупаю ваши мышцы… У вас ничего нет от тяжелоатлета.

ПЛАТОНОВ

Полковник, вы никогда не слышали о мучениках Лугдунума?

МАЛЬЦИН

нет.

ПЛАТОНОВ

Среди этих галлов, доставленных фов, была такая хрупкая девушка! Она перенесла все безобразия, самые страшные пытки, кнут, раскаленное железо. Ни одно из этих страданий не заставило ее отречься от своей веры. И когда бык нанес ей смертельный удар рогом, она снова была в похвале. Она была такой хрупкой…

МАЛЬЦИН

Жаль, что у нас больше нет ни львов, ни арен! Так вот что я решил для вас, рядовой Моисеев. Учитывая, что наши средства давления неэффективны, а вы нагло упорствуете в своих убеждениях, мы ослабим это давление. Больше никаких допросов, никаких резиновых костюмов, никаких ночей, проведенных в снегу в обнимку с рубашкой. Короче говоря, мы даем вам перемирие. Вы довольны?

ВАНЯ

Да, полковник.

МАЛЬЦИН

Как и следовало ожидать, будет контрибуция. Сегодня пятнадцатое апреля, через три месяца будет пятнадцатое июля.

ВАНЯ

Отличный расчет.

МАЛЬЦИН

Так что до пятнадцатого июля отсюда не выйдешь. Никакого свободного время, тем более разрешения. У нас нет никакого желания слышать о том, что весь город Керчь был христианизирован элементом нашего единства, который мы не в состоянии контролировать. С другой стороны, я предъявляю вам ультиматум. У вас есть три месяца, чтобы подумать. Мы будем встречаться раз в неделю, чтобы подвести итоги ваших размышлений. Если пятнадцатого июля вы не приняли правильного решения, если не примкнули к нужному стаду, к слугам Ленина, мы расправимся с вами самым репрессивным образом. Вы меня правильно поняли?

ВАНЯ

Мой полковник. Все бомбы и оружие советской армии не смогут разрушить мою веру.

МАЛЬЦИН

Я сказал три месяца, товарищ Моисеев. Ни дня больше. Пятнадцатого июля вы дадите мне свой ответ. Шестнадцатого июля вы станете коммунистом или погибнете.